— Пойдем на сатсанг, — глаза Алины засветились масляным блеском, — там будет мастер, просветленный мастер, в его присутствии… — Алина закатила глаза, представляя экстатическое состояние. — Что-ж, пойдем, посмотрим, — Эстер едва заметно качнула головой, — не бросать же тебя, моя маленькая Персефона, — едва слышно добавила она.
В холле кучковались люди забавной наружности. Парни с собранными в хвост волосами и подвернутыми штанишками, девицы в дредах и смешных браслетах, тетки неопределенного возраста с уставшими глазами и индуистской символикой на майках и прочая подобная публика.
— Иди сюда, — Алина махала рукой из глубины зала, — я хорошие места заняла.
Эстер прошла в холл, повесила на вешалку пальто и величественно вплыла в зал. Она двигалась легко и плавно, и, не поворачивая головы видела всё происходящее вокруг. Гости занимали места, окна закрывали мягкие шторы, в специальных подставках в форме слонов дымились благовония. Эстер поморщилась. Пройдя несколько шагов приветственно обняла Алину, отказалась сесть рядом и выбрала дальний затененный угол. Место словно специально подготовленное для Эстер. Скрыло ее и открывая всех присутствующих.
В центре зала, напротив публики на вышитых подушках восседал седовласый господин с заплетенной в косу бородой.
«Посмотрим, кто такой», — подумала Эстер, растворяясь в фоне.
— На самом деле мы с вами одно, — начал господин с косой в бороде, — и нам повезло, что мы встречаемся в холодной России, а не под раскидистыми пальмами Тайланда, куда зовут некоторые, называющие себя мастерами.
Эстер уловила в голосе нотки зависти.
«Та-ак», — мысленно протянула она, — «а ты значит мастер, ну-ну».
— На самом деле вас нет, — лил сладкий яд мастер, — вы игра ума.
— Поясните, что такое ум? — из зала прозвучал первый вопрос.
— Ум — это эго, — назидательно ответил мастер.
Эстер бросила взгляд на Алину. Алина не видела ничего вокруг, всем своим существом тянулась к мастеру. Эстер обвела взглядом зал. И мужчины, и женщины, коих в зале оказалось большинство, внимали мастеру.
«Бандер-логи и Каа», — сравнила Эстер.
— А что такое эго? — новый вопрос раздался из зала.
— Эго — это ум! — подняв указательный палец вверх многозначительно ответил мастер.
— Но это же тавтология, — громкое возражение выкатилось из зала.
— Мо-ло-дец, — мастер ткнул пальцем в сторону вопрошающего, — ты начал понимать.
— Мы пришли за разъяснениями, — вопрошающий не удовлетворился ответом.
— Это не ты говоришь. — назидательным тоном начал поучать мастер, — это твой ум.
— Так ум или эго? — раздалось из зала?
— Ты дурак, — мастер снова ткнул пальцем в спросившего.
— Секундочку, — прозвучал новый вопрос, — мы пришли на общение с мастером, а видим ярморочного клоуна, — возмутился один из посетителей.
— Я свободен, — ответил мастер, — и это моя игра.
«Хреновая игра», — ухмыльнулась Эстер, — «но, раз игра, в нее можешь играть не только ты».
Эстер переключилась.
«Все передо мной», — Эстер задала установку.
Перед Эстер был зал, публика, тетки с масленеющими глазами, мастер, не поднимающий никого на свою высоту, но охотно опускающийся на уровень балаганной толпы, сама Эстер, сидящая в дальнем углу зала, мысли, образы, восприятие и общий фон со всеми наполнениями.
«Суггестор», — первое, что обнаружила Эстер.
Отключилась от фона дабы не поддаться направленным на публику чарам.
Эстер сконцентрировала внимание и направила на мастера.
Мастер заерзал почуяв направленное внимание, но виду не подал.
Игра перешла на другой уровень.
На ковриках завороженно сидели невежды. Просветление, они ищут просветление. Но просветления здесь нет. Есть только обмен наведенного экстаза на настоящие, у кого-то последние, деньги.
— Геката? — мастер продолжал обрабатывать публику, но из под оболочки человека вопрошало иное существо.
— Узнал, асур, — ответ Гекаты не предвещал ничего хорошего, — ты пришел не туда.
— И что ты мне сделаешь? — язвительно усмехнулся асур.
— Убирайся, — коротко бросила Геката.
— Тебя сюда никто не звал, — возразил асур, — они мои.
— Убирайся и не зли меня, — Геката, поднялась.
— Ты дух, ты женщина, не тебе указывать мне, — в руках асура полыхнул огонь.
Две огромные черные собаки возникли из ниоткуда синхронно обнажив клыки. Асур ошатнулся. Отполз. Нагнул голову и медленно поднялся. Эффектно. Возгораясь. Устрашающе. Сверху вниз посмотрел на Гекату.
Глаза асура уперлись в гирлянду черепов на шее Гекаты.
Гекаты?
А ты не знал? — раздался гром сверху, — глупые самовлюбленные асуры, не видящие никого кроме себя.
Асур попятился косясь на обнаженный меч в верхней из четырех рук.
— Пощади, — из глотки асура вырвался визг.
— Эго, говоришь, — меч опустился и поднялся обратно. В левой нижней руке скалилась голова асура.
Молния за окном, удивительная для этого времени года, вырубила пробки. Мастер молча сидел провожая глазами расходящуюся публику.
— Кажется, никакой он не мастер, — Алина подошла к сидящей в углу Эстер.
— Как всегда, — ответила Эстер, — как всегда.
10 февраля 2022